Олексiй Настенко. Про те, як в Саратові в «національному селі» побудували цей український історико-етнографічний комплекс

Поволжье издревне являлось многонациональным районом поселения разных народов России. Достаточно сказать, что в настоящее время в Саратовской области проживают представители более 100 национальностей. Вначале 2003 года Правительством области было принято решение о создании на Соколовой горе музея под открытым небом «Национальная деревня народов, населяющих Саратовскую область».

Быт и уклад жизни украинцев-переселенцев было решено представить в виде хутора. 5 июня 2003 министром культуры Самарской области Борисом Леонидовичем Шинчуком был утвержден эскизный проект украинского хутора. Его строительство осуществляло федеральное государственное унитарное предприятие «9-й Центральный авторемонтный завод» Министерства обороны РФ (начальник завода Александр Владимирович Шинкаренко). И уже 12 июня 2003 года состоялось торжественное открытие украинского подворья.

Строили, как говорится, всем миром. Каждое структурное подразделение завода отвечало за строительство и сдачу своего объекта подворья. Руководящий состав завода, инженерно-технические работники, рабочие и служащие, не считаясь с личным временем, расчищали территорию, копали котлованы под фундамент, заготавливали камыш, строгали, пилили и носили. Инженерное руководство осуществлял главный инженер военного авторемонтного завода Владимир Михайлович Батинов. В те дни напряженно работали начальник техотдела И.В. Рябых, производственные мастера Ю.И. Арефьев, П.В. Лавренченко, А.В. Пузин, технологи В.В. Власенко, С.А. Перченко, столяры отец и сын Буглак, маляры Л.В. Литовченко, В.В. Шляпникова.

Представленные в музее экспонаты собирались по всей области. Украинцы мест компактного поселения с удовольствием делились предметами старины. В этом большая заслуга директора детского сада Л.Н. Кульбиды и токаря М.В. Мозгунова. Задача стояла в том, чтобы не только построить, а воссоздать копию того хуторка, той хаты, из которой вышел Т.Г. Шевченко, сын земли украинской.

Популярность хутора необыкновенна. На подворье всегда много посетителей. Среди его гостей были известные украинцы России первый президент Советского Союза Михаил Сергеевич Горбачев, президент Московского общества украинской культуры «Славутич» летчик-космонавт СССР Павел Романович Попович, губернатор города Санкт-Петербурга Валентина Ивановна Матвиенко.

В 2004 году на подворье построено кафе «Шинок», где можно ощутить аромат и вкус украинского борща с пампушками и вареники со сметаной. Сегодня «Украинский хутор» является прекрасной базой для активной работы Саратовской региональной общественной организации Украинский национально-культурный центр «Світанок» по пропаганде украинской культуры в целом.

Олексій НАСТЕНКО,

редактор сайту «Жовтий Клин».

Ця електронна адреса захищена від спам-ботів. вам потрібно увімкнути JavaScript, щоб побачити її.">Ця електронна адреса захищена від спам-ботів. вам потрібно увімкнути JavaScript, щоб побачити її., Ця електронна адреса захищена від спам-ботів. вам потрібно увімкнути JavaScript, щоб побачити її.">Ця електронна адреса захищена від спам-ботів. вам потрібно увімкнути JavaScript, щоб побачити її.

Будівництво української хати

 Так тин навкруг хати будували.

Сьогоднішній вигляд українського хутора в Саратові.

А це ось така в хаті українська піч

На світлинах: Олексiй Настенко. Будівництво української хати. Так тин навкруг хати будували. Сьогоднішній вигляд українського хутора в Саратові. А це ось така в хаті українська піч 

Додаток:

У общественников всю жизнь кризис

Разные точки зрения на диалог власти и национальных объединений

Совсем недавно страну потрясали межнациональные конфликты. Не осталась в стороне и Саратовская область. Но сегодня, во время кризиса, как никогда важна стабильность в обществе. Общественные организации, национальные общины должны и играют огромную роль в установлении межнационального согласия. Естественно, огромная роль в этом процессе отводится и органам власти. Как они налаживают диалог с общественными организациями, представителями нетитульных национальностей? Улучшилась или ухудшилась в последнее время обстановка в области? Мы попытались выяснить это, опросив заинтересованных и ответственных лиц.

Иван Брянцев:

Сейчас другая эпоха 

- В какой степени государство сейчас должно оказывать помощь гражданскому обществу Саратовской области? 

- Вся работа нашего комитета построена на реализации приоритета, который обозначен на федеральном уровне: должна осуществляться поддержка инициатив гражданского общества, в институтах ГО власть должна видеть партнёра при выработке управленческих решений. Под помощью государства понимаются субсидии и поддержка в организации мероприятий.
- Назовите главные направления работы комитета общественных связей и национальной политики.
- Во-первых, это разработка областных целевых программ. Сейчас комитет ведёт две программы - «Национально-культурное развитие народов Саратовской области» на 2008-2010 годы и «Развитие институтов гражданского общества в Саратовской области» на 2008-2009 годы. Кстати, это феномен нынешнего дня - никогда ранее такая структура две программы одновременно не вела. Во-вторых - взаимодействие с органами местного самоуправления, с общественными советами. Мы постоянно реализуем различные совместные проекты. Плюс политическая поддержка национально-культурных объединений. Они предлагают провести мероприятие, мы думаем, чем помочь.
- Каковы, по-вашему, главные критерии эффективности работы комитета?
- Пожалуй, самый понятный критерий - расходование ресурсов. Правильно ли выбрано направление, я определяю просто: если это вызывает интерес у кого-то ещё и он тоже решается вложиться финансово. В 2008 году по линии правозащитного фонда «Мы - россияне» мы привлекли в область, на наши мероприятия по общественным отношениям, 30 тысяч долларов. При этом собственных финансов вложили около 30 тысяч рублей. Значит, наши инициативы имеют такой резонанс.
Ещё один момент в привлечении средств связан с ассамблеей народов России. Наши саратовские мероприятия «звучат» там довольно весомо - и по количеству мероприятий, и по охвату слушателей. В рамках трёх саратовских проектов в область привлечено более одного миллиона рублей. Сначала мы провели свой конгресс ассамблеи народов Саратовской области, затратив на всё про всё 100 тысяч рублей. Наш потенциал оценили и вложили один миллион рублей на проведение своих мероприятий на территории нашей области.
- Кому бы вы доверили оценку своей работы?
- Областным депутатам (председателю профильного думского комитета Андрею Россошанскому), губернатору Павлу Ипатову, политологам и самим общественным объединениям. Мы слышим все критические замечания, вступаем в диалог и пытаемся замечания фиксировать и исправлять.
- Губернатор Дмитрий Аяцков всегда декларировал вопросы национальных отношений как важное направление политики саратовского правительства. Сейчас такой «рекламы» нет. Сравните две эпохи - губернаторов Аяцкова и Ипатова. Чем политика общественных отношений Аяцкова отличается от нынешней?

- Вы очень правильно употребили слово «эпоха». В одну эпоху было заведено так, в другую эдак. Как известно, народу нужны хлеб и зрелища. Эпоха Аяцкова была эпохой зрелищ. Проблемы с «хлебом» компенсировали за счёт зрелищ, народ отвлекали. Наверное, тогда это было правильно, но увлекаться тоже нельзя. Губернатор возглавил Общественную палату! Это же нонсенс. Организовали национальную деревню, а вопрос с юридическим статусом не решили.
Сейчас эпоха принятия прагматических решений - надо думать, как правильно деньги потратить, как отчитаться за них.
- Использует ли сейчас комитет какие-то наработки эпохи Аяцкова?
- Нет, никакие не используем. Эпоха-то другая. Хотя здесь я лукавлю: все мы, и я тоже, продукты предыдущей эпохи. Но технологически подход абсолютно другой, чем во времена Дмитрия Фёдоровича. Раньше как было: приглашают общественные организации и для них режиссируют мероприятие. А потом говорят: такие у нас общественные отношения. Картинку выдавали за содержание. Я от такого подхода отказался. Мы не ставим «спектакли». Мы раскручиваем проекты с подачи общественников.
Я буду считать миссию комитета выполненной, когда, например, Общественная палата области сможет сама генерировать (обозначать приоритеты и не ошибаться) государственную политику в сфере общественных отношений.
- Проясните ваши отношения с председателем регионального отделения ассамблеи народов России, бывшим председателем комиссии по общественным отношениям при правительстве области Борисом Шинчуком. В саратовских СМИ периодически появляется информация о вашей взаимной неприязни.
- Я вам покажу письмо от ассамблеи народов России. (Показывает.) В нём чёрным по белому написано, что их региональным отделением является Ассамблея народов Саратовской области, и возглавляет его Сергей Наумов. А какое региональное отделение ассамблеи возглавляет Борис Шинчук, я не знаю.
Известно, что в Минюсте зарегистрирована структура, возглавляемая Шинчуком. Ее юридический адрес: Киселёва, 76, где у него был министерский кабинет. Найти эту организацию физически невозможно. Так что с этим якобы региональным отделением ассамблеи никаких отношений у меня нет.
С Борисом Леонидовичем Шинчуком я несколько лет вместе работал. Для меня он является замечательным примером того, каким не должен быть руководитель: а) в отношениях со своими подчинёнными; б) в отношениях с вышестоящим начальством; в) в отношении к сфере, ему доверенной. Сейчас у нас нет никаких точек соприкосновения.
- Что ждет национальную деревню?
- Этот проект когда-то срежиссировали и сказали: «Вот наше национальное всё! Ум, честь и совесть нашей национальной политики». Но это же не так. Это часть работы, причём связанная с пиаром. А ведь национальная деревня должна иметь и свои хозяйственные возможности, и экономические, и связанные с туризмом. Говорят: «Давай те сделаем там ресторан!» Какое отношение ресторан имеет к национальной политике? Разве что для конкурса национальной кухни.
Национальная деревня сейчас находится в ведомстве министерства культуры области. Но я знаю, что этот объект представляет интерес и развивается. Частично сооружается водопровод. Строить свои дома там хотят чеченцы, казаки, индийская диаспора, греческая община. Массовые мероприятия там проходят.
Я вижу необходимость разработать областную целевую программу национальной деревни Саратовской области. Соответственно, там должен быть решён вопрос коммуникаций, финансирования. Мы готовы участвовать в этой работе.

Аркадий Шелест, председатель правления Саратовского землячества украинцев Поволжья:

Кем создавалась программа, непонятно

- От нынешнего правительственного комитета общественных отношений никакой помощи лично я не ощущаю. Моральную разве только - на мероприятия приглашают, да и то не всегда.
Раньше этот комитет намного эффективнее работал. До 2005 года каждую неделю по пятницам нас, национальные общины, собирали и мы обсуждали, что случилось за неделю, строили планы, ставили задачи, насущные вопросы обсуждали. Власть знала, чем мы живём, был постоянный мониторинг ситуации.
С 2002 по 2006 год действовала областная программа развития в интересующей нас отрасли, и её разрабатывали с учётом предложений и пожеланий лидеров общественных объединений. Власть же пыталась эти желания реализовать и обеспечить финансирование. Денег не хватало и тогда, и теперь не хватает, но та старая программа носила более осмысленный характер, она могла быть политическим рычагом.
Кем и как создавалась действующая сейчас областная программа, непонятно. Может быть, целью была поддержка политического курса... Почему-то получили финансирование некоторые недавно созданные организации - китайская, индусская и др. А многолетним серьёзным (украинским, финно-угорским общинам) денег не выделили. Между тем финно-угорские народы - коренные, многочисленные, они дали начало многим народностям Поволжья. Общину «Софун» и человек возглавляет серьёзный и уважаемый. А ему отказали в финансировании по формальным признакам.
У меня даже нет претензий к самому комитету по общественным отношениям, к его сотрудникам. Есть вопросы к руководителю, Ивану Ивановичу Брянцеву.
Когда он возглавил комитет, лидеры диаспор, и я в том числе, приходили к нему, предлагали свою помощь, опыт, знания. Он не воспользовался. Брянцев, конечно, знающий специалист, он и выслушает, и пообщается. Но слушать - не значит услышать. Мы и сейчас открыты для сотрудничества, готовы помочь, но готов ли к этому министр?
Сергей Афанасьев, секретарь областного комитета КПРФ, депутат областной думы:

Активистов «задушили в объятиях»

- Признаться, я не очень-то сведущ в вопросах нацполитики области. Борис Шинчук явно вёл себя активнее и продуктивнее, чем сегодняшний министр Брянцев. Почему продуктивнее? Потому только, что национальные диаспоры и общины при нём только создавались, а власть училась строить с ними новые отношения. Деятельность Брянцева менее заметна. О работе его комитета узнаю исключительно из СМИ.
Что касается партийной жизни на территории области - чувствуется застой. При Аяцкове, конечно, был диктат, но и различные партии жили активнее, интереснее как-то.
Создание областной Общественной палаты - это, безусловно, козырь для комитета Брянцева. Общественникам - Корольковой, Пицуновой и другим - дали трибуну. Но этим же власть активистов «задушила в объятьях». Заседаниями, форумами обволакивает, усыпляет бдительность, что ли.
Ощущаю ли я сейчас изменения общественных настроений? Вроде нет. Может, потому что поздно вечером по улицам не брожу и за водкой в ночные магазины не бегаю. Видимых национальных конфликтов тоже нет, как и ощутимой работы по их нейтрализации. Говорю же - застой!

Александр Пантелеев, независимый политолог: 

Мало форум провести!

- При Аяцкове чувствовалось, что работа в этой сфере идёт: собрали нацобщины, заложили и построили на тот момент лучшую в России национальную деревню, без конца показывали её по ТВ и писали в газетах, губернатор считал своим долгом обязательно посетить Сабантуй и проч. А чем известен министр Брянцев и его комитет? Чем может похвалиться? Не видно его ни по телевизору, ни в печатных СМИ. Мало форум провести, должны быть отголоски после форума.
Допустим, все лидеры общин и общественных объединений участвовали в гражданском форуме, а где гарантия, что эти лидеры пользуются настоящим, «душевным» авторитетом у своих рядовых соратников? Где-нибудь в Чернавке? Не все лидеры в таком авторитете - я работаю со студентами разных национальностей и точно знаю.
Борис Шинчук, может, и работал кое-где на показуху, но и шуму давал прилично. А ведь в этом вопросе шум-то и важен. Общественный резонанс. И не для «своих» - грузин или армян - этот шум от мероприятия нужен, а для русских, которые не должны ненавидеть другие национальности. Будем реалистами: бытовая межнациональная рознь всегда была и будет, главное, чтобы она не выходила за опасные рамки. В соответствии со своим названием комитет Брянцева и должен формировать общественные отношения в социуме, создавать «положительный шум».
Ольга Пицунова, член Общественной палаты, председатель ассоциации «Партнёрство для развития»: Плохо, что нет своего дома

- Если говорить о взаимодействии власти и общества, считаю, что сейчас работа поставлена лучше. Мне Общественная палата при Шинчуке не нравилась.
Да, туда входили все общественные организации, но она работала формально. С другой стороны, у той палаты было помещение, и это являлось большим достижением, потому что людям было куда придти.
Сегодня ситуация усугубляется ещё тем, что многие общественные организации, не попавшие в палату или не участвующие в работе экспертного совета, оказались вне поля взаимодействия власти и институтов гражданского общества. Это плохо.
Если говорить о власти и нацобъединениях, я не знаю, как было при Шинчуке. Я просто видела, что они все вместе объединялись и что-то делали. Мне кажется, что сейчас политика направлена на то, чтобы не разделять национальные объединения и общественные организации - если начинаешь больше уделять внимания одним, другие обижаются, и возникает социальная напряжённость. Мне кажется, что комитет Брянцева пытается это сгладить.
Если говорить про развитие гражданского общества, я бы сказала, что заслугой Брянцева является то, что приняты программы развития гражданского общества и поддержки национально-культурных объединений. Они позволяют общественникам получать финансовую поддержку для своей деятельности, потому что других источников сейчас практически не осталось.
Хорошо, что предоставляют помещения для проведения различных семинаров, раньше было очень сложно их найти. Но плохо, что нет своего дома общественных организаций. Такой серьёзный ресурс, как инфраструктура гражданского общества, в Саратове отсутствует, и это мешает его развитию. Общественные организации сейчас, вместо того чтобы взаимодействовать с людьми, перешли на экспертную работу.

Татьяна Иноземцева, президент регионального благотворительного фонда «Помощь семье и детству»: 

Современное министерство – специфическое

- С 1992 года общественный сектор губернии развивался сам по себе. И не у кого тогда было спросить, что делать в этом направлении.
Мы учились у московских, питерских и зарубежных коллег из благотворительных фондов. Сейчас в области насчитывается около 3 тысяч общественных организаций, туда, правда, входят и религиозные организации, и политические партии. Минимальное же их количество должно составлять 30 тысяч. И малое количество создающихся организаций - это беда, беда современного комитета.
Я хорошо помню, как Шинчук способствовал появлению, развитию и обучению новых организаций. Он был блестящим министром, он талантливый и коммуникабельный человек, хорошо понимающий значение гражданского сектора для области. При этом хочу отметить, что у нас были официальные, а не кулуарные отношения. Шинчук не был чиновником, он был доступен в любое время дня и ночи.
Также нельзя забыть министра Антона Комарова, который был одним из основоположников программы по развитию гражданского общества. Для ее написания он привлекал опытных общественников. Зачем сейчас выделили из понятия «общественные организации» национально-культурные объединения?
Шинчук был мудрым человеком и мудрым госдеятелем. О деньгах для общественников в годы его работы не было и речи, но он привлекал к партнёрству и без материального стимулирования. Он находил правильные рычаги для приближения государства и общественников друг к другу. Истоки неудач заключаются в конкретном человеке, его проектах и закрытости.
Общественный сектор был бы счастлив, если бы Шинчук, который накопил уникальный опыт в развитии гражданского общества, по мановению волшебной палочки вернулся бы на прежнее место.
Современное министерство - специфическое. У меня нет претензий к конкретным людям в министерстве, но есть претензии к министру, так как он отвечает за всё. Он не боится ошибаться, по-моему, он даже не задумывается и плохо понимает, чем руководит, хотя в его работе очень важна идеологическая деятельность. Он не то что не справляется, а разрушает всё былое, достигнутое до него. Это преступление по отношению к гражданскому обществу.

Руслан Бисенгалиев, сопредседатель совета региональной национально-культурной автономии казахов:

Активно работали тогда, работаем и сейчас

- Как организация мы создавались при Шинчуке, при Брянцеве этот процесс завершился. Мы с комитетом работали активно и тогда, так же работаем и сейчас. Могу сказать, что совместная работа зависит не от конкретного министра, а от специалистов, начальников отделов и замов. Мы, например, очень хорошо сотрудничаем с первым заместителем министра Еленой Каштановой. Вообще же, мы тесно работаем не только с комитетом, но и с министерствами инвестиций, экономики, культуры. Мы стараемся дружить со всеми, ни с кем отношения не портим.

Елена Резепова, председатель правления региональной общественной организации «Гражданское достоинство»:

Министр держит дистанцию

- Нынешний комитет общественных связей и национальной политики области работает неплохо. Главная заслуга в этом - прошу учесть особо - заместителя председателя комитета Елены Каштановой. Она контактная, с «искринкой». У неё наша общественная организация всегда находит и помощь, и совет. К сожалению, от Ивана Брянцева такой реакции нет. Он как-то более отстранён, держит дистанцию. Раньше, работая в той же системе, он был гораздо проще и доступнее для общественников, мы могли с ним обсудить любые темы.

Сейчас, в кризисные времена, все должны объединиться, крепче держаться друг за друга. В минувшую субботу я была на национальном празднике у казахов и порадовалась: там не только веселились, а говорили и на серьёзные темы.

Борис Шинчук:

Я предлагал всё делать вместе

- Проясните ваши отношения с председателем комитета общественных связей и национальной политики Иваном Брянцевым. Почему вы не общаетесь?
- А как можно общаться с человеком, который со всеми здоровается, а ко мне демонстративно поворачивается спиной? У меня не то что нет с ним конфликта, просто есть такая категория людей, на которых время тратить не нужно.
- Если бы вам предложили сейчас возглавить комитет, согласились бы?
- Первым делом я бы посоветовался с национальными лидерами и с общественниками, с которыми продолжаю поддерживать отношения. Во-вторых, донёс до губернатора своё видение работы комитета. После чего видно было бы.
- Можете ли вы оценить работу комитета по общественным отношениям - начиная с тех пор, как вы им руководили, и до нынешних дней?
- Чтобы это не выглядело предвзято, мне такую оценку давать не совсем корректно. И проводимые мной мероприятия не говорят об антагонизме. Я предлагал с самого начала Ивану Ивановичу Брянцеву всё делать вместе.
Много лет я провожу на Соколовой горе традиционные субботники. Когда власть поменялась, я первый провёл, а потом их проводить перестали, просто приводили курсантов. Нет у людей понимания того, что основная идея не в уборке территории, а в объединении людей.
Мое мнение, да и общественники вам это подтвердят, что сейчас вся работа комитета держится не на Брянцеве, а на Елене Каштановой, его заместителе. Она является авторитетом у общественников.
Иван Иванович, мне кажется, далеко не авторитетный человек. Я ему в самом начале говорил, что командовать общественниками нельзя. Они же не подчинённые. Надо вникнуть в ситуацию, когда мы с ними обсуждали что-то, я высказывал свою точку зрения, и она принималась к исполнению в большинстве случаев. Но это право нужно не завоевать, а заработать.
Общественники говорят, что Брянцев советует им меня на свои мероприятия не приглашать. При этом сам не всегда к ним приходит. Скучно ему, видимо. А что ему ещё делать? Он должен ходить везде. Это его работа. Если не ходить, не жить одной жизнью с ними, ничего не получится. А я с ними одной жизнью живу. Когда я работал в правительстве, собирал общественников каждую неделю, и всегда было что обсудить.
- С какими вопросами к вам во время руководства комитетом чаще всего обращались лидеры национальных общин?
- Поскольку в основном у них у всех свои дела есть, то с 6 вечера и до 12 ночи они приходили ко мне с самыми разнообразными проблемами. Я работал без выходных, только в воскресенье часов в шесть уходил домой, а в остальные дни не раньше полуночи. Говорили обо всём, начиная отличных проблем и просто новостей, которые хотелось обсудить за чашкой чая, до самых серьёзных.
- Как, по-вашему, обстоят дела с национальным вопросом в области? Изменилась ли ситуация за 10 лет?
- Какие-то очаги вспыхивали, но Александр Бабичев (заместитель председателя областного правительства. - Прим. ред.) много сделал для того, чтобы их затушить. И потом, мелкая бытовуха будет всегда, даже если бы мы построили коммунизм. А во всём остальном область живёт тем, что было создано за многие годы.
Иногда в прессе писали, что я весь в праздниках. А нам враждовать некогда было, еле успевали дружить. Ведь отмечать национальные праздники надо не ради еды на халяву, а для того, чтобы люди узнавали о многонациональном мире.
- В какой госпомощи, на ваш взгляд, нуждается в наши дни гражданское общество?
- У общественников всю жизнь кризис. Планов громадьё - они же очень инициативные, а денег никогда нет. Правда, они их всё равно находят, но вот если бы государство им грантами помогло... Надо не комитету отдавать деньги, чтобы они неизвестно где и с кем проводили конкурсы и мониторинги. Общественники же из-за этого шумят. Какие-то ресурсные центры непонятные создаются. Неясно, куда выделенные деньги уходят. Что мониторить-то? Вы отдайте это общественникам, и получится своего рода общественная экспертиза.
Помимо финансовой поддержки важно повысить статусность взаимоотношений государства и общества. Ведь между ними всегда некая пропасть, и от грамотных действий власти всё зависит: руку можно протянуть для рукопожатия и скрепить им действия, а можно и для того, чтобы оттолкнуть.
- Как вы думаете, чем закончится судьба национальной деревни? Или уже всё закончилось?
- Ну, жизни там сейчас не видно, кроме того что разворовали много. Ничего не построили, кроме русской общины. Настроение у всех общин достаточно упадническое, экспонаты даже не хотят забирать, большинство из которых я по всей области собирал.
Для того чтобы оформить землю, провести водопроводы, выделить деньги, людям сказали передать документы на время правительству. А оно потом отдаст им землю в долгосрочное пользование, а средства, потраченные общинами, вернёт для вложения в дальнейшее развитие. В итоге всё забрали, но ничего не оформляется.
Теперь власти говорят, что они здесь хозяева, и если представителей общин собирается в деревне больше шести человек, они должны получить на это разрешение министерства культуры.

Вопросы пожарной безопасности встают. При мне в деревне был огромный, полностью укомплектованный пожарный щит, кстати, тоже не за деньги государства купленный. И вода была регулярно во всех ёмкостях. Сейчас жара наступает, я волнуюсь. В общем-, нет там подвижек. Меня это очень удручает. Вопрос с деревней не к губернатору и зампредам, потому что у них понимание ситуации есть, а к тем; кто должен этим- заниматься. А вот они работают слабо.

Юлия Шишкина, Люся Шлёпкина,

"Газета недели в Саратове" 07.04.2009

http://redcollegia.ru/13770.html

Додати коментар


Захисний код
Оновити

Вхід

Останні коментарі

Обличчя української родини Росії

Обличчя української родини Росії

{nomultithumb}

Українські молодіжні організації Росії

Українські молодіжні організації Росії

Наша кнопка